Среда, 18.10.2017, 02:53

Каталог статей

Главная » Статьи » Заметки дилетанта

Народники в Одессе (Деятельность партии "Народная воля" в Одессе)

Во второй половине 19 века, после отмены крепостного права, в России появляются молодые люди, которым не нравился политический строй в стране. Они образованны, выходцы из семей, не испытывавших нужду и лишения. Значительная их часть из дворян. Свою задачу видели в изменении существующего строя. Для этого они пытаются пробудить народ, крестьянскую массу, в которой они видят главную революционную силу. Для пропаганды среди крестьян молодые люди создают нелегальные организации, едут в деревню, устраиваясь на работу фельдшерами, писцами, кузнецами.… Такой нелегальной организацией в конце 70-х годов ХІХ века была «Народная воля». Члены этой организации наряду с пропагандой среди крестьян, рассказывая им о несправедливости существующего строя, устраивают террористические акты против правительственных чиновников. Правительство, в свою очередь, ведет борьбу с нелегалами, арестовывая и по суду направляя на каторгу, лишая свободы, некоторых подвергая казни. По стране прокатываются судебные процессы 193-х, 50-ти и тому подобные. Теряя кадры, главные свои усилия «Народная воля» направляет против царя Александра II.

Устраивается целый ряд террористических актов против Александра II.

В апреле 1866 года 26-летний Дмитрий Каракозов стреляет из револьвера в царя, у входа в Летний сад в Санкт-Петербурге. Царь не пострадал. Каракозов повешен.

В июне 1867 года 19-летний поляк Антон Березовский стреляет из револьвера в царя в Париже, где Александр II находился с визитом. Антон Березовский приговорен к пожизненной каторге, откуда он вышел через 39 лет, в возрасте 58 лет.

В апреле 1879 года в царя стреляет 33-летний Александр Соловьев. Царь не пострадал. Соловьев повешен.

Были проведены еще ряд террористических актов, которые привели к гибели Александра II. Об этом будет ниже.

Город Одесса, как один из крупных городов империи с университетом, где обучается большое количество молодых людей, не остался в стороне от деятельности «Народной воли».

Ковальский Иван Мартынович, воспитанник подольской духовной семинарии, откуда исключен за пропаганду среди учащихся. Позднее поступает в Новороссийский университет в Одессе. Но курса не закончил, так как был арестован за хождение в народ. Выслан под надзор полиции в Николаев, откуда бежал и находился в Одессе на нелегальном положении, создав политический кружок, который вошел в историю под его именем. В кружок входили сестры Витен, Виташевский, Кленов и др. кружком была организована типография, где печатались прокламации. Члены кружка были выслежены полицией и все были арестованы. Арест Ковальского сопровождался упорным вооруженным сопротивлением. Вечером 30 января 1878 года на квартиру Витен нагрянула полиция. Ковальский выхватил револьвер и пытался отстреливаться, но револьвер дал осечку. Тогда Ковальский выхватил кинжал и, ранив унтер-офицера, пытался прорваться. Жандармы, не выдержав натиска, бежали из квартиры. Но, с помощью прибывшего жандармского подкрепления, Ковальский и его товарищи были арестованы. В июле 1878 года над Ковальским и членами его организации состоялся суд. Сотоварищи, оставшиеся на воле, хотели освободить Ковальского из здания суда. Но из этого ничего не получилось. Здание суда было окружено войсками. В день суда около здания суда собралась большая толпа людей, около 3000 человек, которая запрудила все прилегающие улицы и которая сочувственно относилась к подсудимым. После вынесения смертного приговора Ковальскому, толпа разразилась проклятиями в адрес суда и правительства, начались волнения. Тотчас войска были направлены против людей. Революционеры, бывшие в толпе, начали стрелять в солдат. Из рядов солдат раздался залп, которым были убиты социалисты Погребицкий и Полтавский. Под натиском кавалерии и пехоты демонстранты вынуждены были отступить. Но этим дело не закончилось. Вечером того же дня, 15 летняя девушка Гуковская Виктория Леонтьевна собрала вокруг себя на Николаевском бульваре гулявшую публику, которой стала излагать кровавые последствия демонстрации и другие происшедшие события, призывая к мщению. Присутствовавший при этом офицер граф Сиверс, приняв на себя роль полицейского, схватил девушку за руку, желая сдать ее в полицию. Гуковская вырвалась и отпустила офицеру пощечину. Сиверс тогда схватил ее за волосы, но толпа отбила девушку. На помощь офицеру пришла полиция и только тогда Гуковская была арестована. В 1879 году Гуковская военным судом была осуждена на поселение в Сибирь, хотя ей и не было еще 15 лет. Девушка не вынесла тяготы сибирской ссылки и повесилась в Красноярске в 1881 году. На тот момент ей было 17 лет.

Что же касается Ковальского, то 2 августа 1878 года в возрасте 28 лет он был повешен во дворе одесской тюрьмы.

Чубаров Сергей Федорович участвовал в демонстрации после приговора суда над Ковальским. В его квартире хранилось паспортное бюро. При аресте в августе 1878 г. оказал вооруженное сопротивление. Его процесс, известный под именем процесса 28-ми, рассматривался Одесским военно-окружным судом 22 июля - 5 августа 1879 г. Вместе с ним судились Д.А.Лизогуб, С.Витенберг, И.Давиденко, И.Логовенко, Г.А.Попко, Г.И.Фомичев и др. - основное ядро тогдашней террористической организации в Одессе и Николаеве. Из числа судившихся приговорены к смертной казни и повешены: Чубаров (34 года), Лизогуб (34 года) и Давиденко (21 год) в Одессе 10 августа 1879 г., а Витенберг (27 лет) и Логовенко (37 лет) в Николаеве 11 августа 1879 г.

Остановлюсь еще на судьбе революционеров Малинки Виктора Алексеевича (26 лет), который обучался на юридическом факультете новороссийского университета, Майданского Льва Осиповича (25 лет), Дробязгина Ивана Васильевича (28 лет). Малинка с Дейчем и Стефановичем совершили неудачное покушение около одесской товарной станции на полицейского провокатора Николая Гориновича. Полиция вышла на след революционеров. Малинка был арестован, а вместе с ним и Майданский с Дробязгиным, которых ранее оговорил Горинович. Одесский военный суд приговорил их к смертной казни, и в декабре 1879 году они были повешены во дворе одесской тюрьмы, которая располагалась с правой стороны привокзальной площади, если смотреть на город от вокзала. А нынешняя Привокзальная площадь именовалась Тюремной.

На месте тюрьмы сейчас стоит построенное позже здание управления перевозками Одесской железной дороги.

Из этих народовольцев Дейч Лев Григорьевич скончался в Москве в возрасте 86 лет в 1941 году. Стефанович Яков Васильевич скончался в 1915 году в возрасте 62 лет в Черниговской губернии, пройдя через каторгу и ссылку.

Через Одессу прошло множество революционеров-народников, которые вошли в историю деятельности организации народников. Это Лизогуб, Чубаров, Давиденко, Лебедева, Фроленко, Калюжная, Исаев, Волховский, Гринберг и другие. Многие из них учились в новороссийском университете или участвовали в революционной работе.

Многие из народников были казнены в Одессе. Казни в Одесской тюрьме совершались несколько раз в году. Народников вешали, расстреливали. Казни совершались во дворе тюрьмы, на Куликовом поле, а позже в районе нынешнего ипподрома.


                Одесская тюрьма (фото из альбома "Одесса на старых открытках")


На современном здании, на месте которого ранее размещалась тюрьма, были мемориальные доски, которыми была увековечена память революционеров народников. Эти доски были посвящены Малинке, Лизогубу, Чубарову, Халтурину, Желвакову, Давиденко. Но после очередного ремонта здания эти доски исчезли. Тем самым нынешние власти убили их повторно, решив стереть их имена из памяти людей.


На месте этого здания была одесская тюрьма, приведенная выше
Одесский военный суд отличался особой жестокостью в вынесении приговоров революционерам. Решения суда подписывал одесский генерал-губернатор граф Тотлебен, который в свое время руководил инженерными работами при обороне Севастополя во время русско-турецкой войны 1854-1855 г.г.

Исполнительным комитетом «Народной воли» было решено ликвидировать правителя канцелярии графа Тотлебена статс-секретаря Панютина, который был правой рукой генерал-губернатора и который всецело руководил внутренней политикой. Для осуществления этого акта в Одессу прибыла член исполкома «Народной воли» Вера Николаевна Фигнер. Поселившись на Ямской улице, ныне улица Новосельского, Фигнер начала готовить покушение на Панютина. Для этого на Софиевской улице, где помещалась канцелярия Панютина, был поселен человек, который должен был изучить его личность и образ жизни. Но это никак не удавалось, потому что никто не мог указать Панютина в лицо. Позже один из молодых людей показал Фигнер Панютина и распорядок его жизни и передвижения по городу. Орудием убийства был выбран кинжал. Нашелся и человек, который был готов поразить Панютина. Был уже составлен план относительно места и времени.

Но тут в марте 1880 года в Одессу приезжает Софья Перовская, которая привозит решение исполкома об организации в Одессе покушения на царя Александра II. Предполагалось, что на отдых в Ливадию, в Крым, в мае месяце царь будет направляться через Одессу. Покушение на Панютина Фигнер пришлось отложить и заняться подготовкой покушения на царя.

Для покушения на царя Перовской был привезен уже готовый план. По этому плану предполагалось на пути следования царя, от вокзала до пароходной пристани, на одной из улиц города, сделать подкоп, куда заложить динамит и произвести взрыв, когда над этим местом будет проезжать царь. Такой улицей была выбрана Итальянская, ныне Пушкинская, как наиболее вероятная. В доме №47 по этой улице была нанята лавка, из которой по ночам под улицу велся подкоп. Технической стороной ведали Исаев и Якимова. Вынутую землю складывали в квартире при лавке в различных местах. При подготовке запала к мине оторвало три пальца Исаеву, но, несмотря на это, работы продолжались. Однако, ближе к маю, слухи о поездке царя в Ливадию прекратились и работы были свернуты. Фигнер предложила использовать подкоп для покушения на Тотлебена, но партия это запретила. Чуть позже Тотлебен из Одессы был переведен в другое место и необходимость его убийства отпала.

Техническое решение, устройство подкопа под улицу, позже было использовано в Петербурге в 1881 году при подготовке покушения на царя, когда из сырной лавки на Малой Садовой был сделан подкоп под проезжую часть улицы.

Исаев Григорий Порфирьевич умер в Шлиссельбургской крепости в 1886 году в возрасте 29 лет. В год подготовки покушения ему было 23 года

Якимова Анна Васильевна скончалась в 1942 году в Москве в возрасте 84 лет. В год подготовки покушения ей было 24 года.

Годом ранее в 1879 году готовилось покушение на царя на железной дороге, путем устройства крушения его поезда при возвращении из Крыма. Для этого было решено подготовить три места на возможном пути возвращения. Это было решено сделать под Одессой, Александровском (Запорожьем) и под Москвой. Для осуществления этого плана в Одессу была направлена Фигнер, в Александровск – Желябов, под Москву – Перовская. Каждый вез с собой по пуду, полтора динамита.

В Одессе на Екатерининской улице №66 Фигнер сняла квартиру вместе с Кибальчичем. На этой квартире проходили совещания, хранился динамит, сушился пироксилин, приготовлялись запалы, совершались пробы индукционных аппаратов. Было решено делать подкоп под полотно железной дороги. Для этого Фигнер обратилась с просьбой к начальнику одесской дороги барону Унгерну-Штернбергу, будущему зятю графа Тотлебена, устроить сторожем на железную дорогу якобы своего дворника, у которого жена больна туберкулезом и которой необходим свежий воздух. Просьба Фигнер была удовлетворена. И Фроленко с Лебедевой под фамилией супругов Александровых были устроены сторожами на 14-й версте от Одессы с выделением для них будки. Из этой будки делался подкоп под полотно железной дороги. Но царь через Одессу не поехал, а возвращался через Александровск, Москву. Под Александровском взрывное устройство не сработало, а под Москвой был пущен под откос не царский поезд, а поезд с его свитой.

Фроленко Михаил Федорович дожил до глубокой старости. Родился он в 1848 году, а в 1936 году в возрасте 88 лет стал членом ВКП(б), до этого пройдя через царские ссылки и каторгу.

Лебедева Татьяна Ивановна скончалась в 1886 году на карийской каторге в возрасте 32 лет.

Наряду с подготовкой взрыва царского поезда готовился взрыв Зимнего дворца в Петербурге. Под видом столяра в Зимний дворец устроился Степан Халтурин, который проносил в подвал дворца небольшими порциями динамит и затем, набрав его необходимое количество, взорвать его под столовой дворца во время царского обеда. Этим взрывом уничтожить не только царя, но и его семью. 5 февраля 1880 года Халтурин поджег фитиль взрывного устройства в подвале дворца под столовой, удалился из дворца и скрылся. От взрыва столовая была разрушена, но царь не пострадал, так как он немного задержался с прибытием на обед, встречая на вокзале родственника из Германии. При взрыве погибла часть охраны и некоторые из обслуживающего персонала дворца.

В начале 1880 года в исполком «Народной воли» стали поступать жалобы на военного прокурора киевского военно-окружного суда генерала Стрельникова, как со стороны арестованных, так и со стороны их родственников. Жалобы поступали и из Киева, и из Одессы. Проявления цинизма, издевательства сильного над слабым создали Стрельникову репутацию бездушного и жестокого человека, добровольно бравшего на себя роль палача.

Исполком вынес смертный приговор генералу Стрельникову. В Одессу, где он бывал по делам службы, для изучения условий жизни Стрельникова направляется Фигнер. Вот, как она об этом писала в своих воспоминаниях. «С этой целью Комитет и отправил меня после совещания в Одессу, с тем чтобы, собрав все необходимые сведения, я дала знать о высылке исполнителей. Я вернулась в Одессу в начале декабря и через две недели сообщила на север, что все данные о Стрельникове находятся в моих руках. Комитет выслал двух человек, но приехал из них только один – Халтурин. Это было 31 декабря (1881 года). Я передала ему для проверки все, что знала о Стрельникове, т. е. местожительство, часы и условия приема посетителей, время и место обеда; часы прогулки и посещения казармы №5, куда он ездил для допросов; некоторые улицы, по которым он ходил; дома, в которых он бывал. Когда мы узнали, что товарищ Халтурина не может приехать, как было условлено, то выписали другого агента, так как было решено местных людей к делу не привлекать. Но не успел он приехать, как Стрельников исчез из Одессы, уже после того, как Халтурин несколько раз видел его. Он не возвращался, должно быть, с месяц и был в это время, кажется, в Киеве. Ввиду полной неопределенности времени возвращения его мы решили, чтобы вызванный нами агент вернулся на свое место, тем более что Комитет писал нам, что высылает нам другого человека. За это время Халтурин выходил из себя от нетерпения и несколько раз собирался ехать в Киев, чтобы там организовать покушение; мне стоило большого труда уговорить его остаться на месте и ждать возвращения Стрельникова, вместо того чтобы ловить его в Киеве среди условий, совершенно неизвестных. Мы ограничились письмом туда, прося удостоверить, действительно ли он там, и в случае утвердительном исследовать образ его жизни. Никаких известий, однако, мы не получили».

Вторым человеком, прибывшим в Одессу для исполнения приговора Стрельникову, был Желваков.

18 марта 1882 года в послеобеденное время Стрельников вышел на прогулку на Николаевский бульвар и сел передохнуть на скамейку против гостиницы «Лондонской». К нему подошел, следивший за ним, Желваков и выстрелил из револьвера Стрельникову в затылок. Стрельников скончался на месте.

Здесь на Николаевском (ныне Приморском) бульваре был убит генерал Стрельников (фото из одесского краеведческого музея)
После выстрела Желваков, держа револьвер в руке и отстреливаясь от преследовавшей его толпы, бросился бежать по склону к Приморской улице, в район Польского спуска, где его в пролетке ждал Халтурин. Привлеченная выстрелами кучка прохожих собралась внизу на Приморской улице. Они поняли, куда стремится вооруженный человек, и сгрудились около пролетки. Халтурин, поняв, что Желвакову без его помощи не пробиться, выхватил револьвер и хотел поспешить на помощь, но, споткнувшись об подставленную кем-то из толпы ногу, упал. Карантинные рабочие бросились его задерживать. Преследовавшие люди нагнали и Желвакова. Халтурина и Желвакова связали и увезли в полицию. На допросах своих фамилий они не назвали, а назвались вымышленными: Косогорским и Степановым.
20 марта 1882 года состоялся военный суд, на котором Халтурин и Желваков под вымышленными фамилиями были приговорены к смертной казни, а 22 марта были повешены во дворе одесской тюрьмы: Халтурин (26 лет) под фамилией Степанов, а Желваков (22 года) – Косогорский. Это произошло через год после убийства царя Александра II. Полиция и суды свирепствовали.
 
Степан Халтурин
Убийство царя Александра II произошло 1 марта 1881 года. Основными участниками покушения на царя были Перовская, Желябов, Кибальчич, Михайлов, Гриневицкий, Рысаков, Гельфман.

При возвращении царя из манежа Инженерного замка, где он был на разводе караула, по набережной Екатерининского канала к его карете кинулся Рысаков и бросил под карету бомбу. Карета взрывом была разрушена, но царь остался невредим. Он решил посмотреть на карету и на того, кто бросил бомбу. Но тут к царю приблизился Гриневицкий и бросил бомбу между собой и царем. От взрыва бомбы оба получили смертельные ранения и через некоторое время скончались. Царь в Зимнем дворце, а бомбист в придворном госпитале Конюшенного ведомства. Это было седьмое покушение на царя, которое закончилось его смертью. Позднее, на месте покушения на царя, на набережной канала был воздвигнут храм Спаса на крови.

После покушения перед судом предстали Перовская, Желябов, Кибальчич, Михайлов, Рысаков, Гельфман. Все они были приговорены к смертной казни, за исключением Гельфман, которая на момент суда была беременна. И казнь ей отсрочили, а потом помиловали. Родив ребенка, Гельфман умерла в тюрьме в возрасте 28 лет. Судьба ребенка неизвестна.

Гельфман Геся Мироновна
3 апреля 1881 года Перовская, Желябов, Кибальчич, Михайлов, Рысаков были повешены на Семеновском плацу Петербурга при стечении большого количества народа. Перед смертью осужденные простились друг с другом. Только Перовская не подошла к Рысакову, который на допросе проявил малодушие, и его она, даже перед смертью, не смогла простить. Вешали их поочередно. Первым повесили Кибальчича, вторым Михайлова, который дважды срывался с веревки, так как она под тяжестью его тела обрывалась, далее Желябова, Перовскую и Рысакова. На всю процедуру казни ушло около двух часов. Казненные были похоронены на Преображенском православном кладбище. Место захоронения на кладбище неизвестно.
Цареубийцам было от роду:
· Андрею Ивановичу Желябову 30 лет, обучался в новороссийском университете, был женат на дочери одесского головы Яхненко;

· Софье Львовне Перовской 28 лет, неоднократно бывала в Одессе по партийным делам;

· Николаю Ивановичу Кибальчичу 28 лет, неоднократно бывал в Одессе по партийным делам;

· Тимофею Михайловичу Михайлову 22 года;

· Николаю Ивановичу Рысакову 20 лет;

· Игнатию Иоакимовичу Гриневицкому, погибшему при взрыве бомбы, 25 лет.

Это была последняя публичная казнь в России, и Перовская была последней женщиной в царской России, которая была казнена публично по политическому делу.

По стране прокатилась волна арестов народовольцев. В 1882 году была арестована В.Н. Фигнер, которая была приговорена к смертной казни, замененной впоследствии на вечную каторгу, которую она отбывала в Шлиссельбургской крепости. На момент ареста ей было 30 лет. Вышла из крепости в 1904 году в возрасте 52 лет. Скончалась в 1942 году в возрасте 90 лет. Похоронена на Новодевичьем кладбище.

Фигнер Вера Николаевна
После арестов, последовавших вслед за убийством царя, Народная воля уже не смогла оправиться, так как ее лучшие кадры были арестованы и отправлены в ссылку, на каторгу, некоторые погибли. Только в начале следующего ХХ века их знамя подхватили социалисты-революционеры (эсеры). Ими был проведен целый ряд терактов, жертвами которых стали министр внутренних дел Сипягин; сменивший его на этом посту Плеве; великий князь, московский генерал-губернатор, дядя царя Николая II Сергей Александрович; министр народного просвещения Боголепов и другие крупные царские чиновники.

Как можно относиться к народовольцам на современном этапе развития общества? Как к террористам в современном понимании этого слова или как к революционерам, которые таким способом хотели изменить общественный строй?

Споры по этому вопросу идут и в настоящее время. А в те годы к делам народовольцев общество относилось с сочувствием и пониманием. Их имена вошли в энциклопедические словари, которые были выпущены из печати после первой русской революции 1905 года.


Литература:

В.Н. Фигнер. Запечатленный труд. Том 1. Мемуары.

В.Н. Фигнер. Запечатленный труд. Том 2. Мемуары.

В.Н. Фигнер. После Шлиссельбурга. Мемуары.

Большая энциклопедия. Под редакцией С.Н. Южакова. Том 21. Санкт-Петербург, 1906г.

Советский энциклопедический словарь. Москва, 1987 г.

Сайт: «Народная воля». http://www.narovol.narod.ru/

Сайт: «Террористы и террористки Российской Империи и СССР». http://rpp.nm.ru/terror/terror.html

Ю. Парамонов
Категория: Заметки дилетанта | Добавил: obodesse (27.03.2008)
Просмотров: 6354 | Комментарии: 1 |
Всего комментариев: 1
06.07.2009 Спам
1. Виктор Турецкий (VicTur)
Вы пишете: "Правительство... ведёт борьбу с нелегалами, арестовывая и по суду направляя на каторгу..." Это очень и очень неточно. Многих отправляли на каторгу без суда, и для таких существовала специальная формула: "высланные в административном порядке", то есть - во избежание, иногда без вины, а по одному лишь подозрению в причастности к подпольной деятельности. О таких случаях свидетельствует, в частности, Короленко.
Ответ: Большое спасибо за столь существенное дополнение

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]